IsraLove
Очерк «Шалом, Альберт!»

Поддержи нас!  Нажми:   
Источник изображения: img1.liveinternet.ru

Немного истории



В сороковом году несколько десятков семей болгарских евреев решили перебраться в Палестину. В портовом городе Варна они наняли большой парусник «Сальвадор» и отправились в неблизкий путь. Миновали Черное море, благополучно прошли через Босфор, но в Мраморном море попали в жесточайший шторм. Ураганный ветер повалил мачты, судно потеряло управление и, наскочив на камни, разломилось пополам. Случилось это у берега, недалеко от Стамбула. Турецкие спасатели вызволили тех, кто уцелел, а мертвых похоронили в нескольких братских могилах.

Через двадцать четыре года произошло еще одно событие, о котором можно с полным правом сказать, что оно делает честь Государству Израиль: по решению правительства страны останки тех, кто не доплыл до Святой Земли, перевезли в Эрец Исраэль. И хотя среди погибших не было солдат, их похоронили в Иерусалиме с воинскими почестями. Фотографию надгробья над этой могилой я увидел в доме человека, спасшегося в тот страшный декабрьский день сорокового года.

Его имя — Альберт Фархи



Я частенько застаю его за чтением газеты «Наша страна» или журнала «Зеркало». Рядом лежит русско-ивритский словарь, и по его виду можно без труда определить, что этой книгой пользуются много и часто.

Поймав мой заинтересованный взгляд, Альберт объясняет:

— Когда началась большая алия из России, я спросил себя, чем смогу помочь этим людям? И, подумав, ответил: болгарский и русский языки близки друг другу, значит, занявшись изучением русского, я буду разговаривать с олим хадашим на их родном языке. Что-то посоветовать, что-то подсказать — разве это не помощь, пусть маленькая, тем, кто, как и я когда-то, приехал сюда, не зная ни языка, ни порядков, ни обычаев в новой для них стране?

…Вся семья Фархи — отец, мать, шестеро братьев и сестер — жила в Софии. Альберт — самый младший. В четырнадцать лет с ним случилось несчастье: попал под трамвай и остался без ноги. Он окончил полный курс гимназии, родители очень гордились успехами сына, учительница ставила его в пример.Однажды на уроке словесности она сказала: Вот Альберт Фархи — еврей, а болгарский язык знает лучше многих из вас».

Отец, убежденный сионист, собрал семейный совет и объявил, что они с матерью решили ехать в Палестину. Как поступить детям — пусть решают сами: все они уже самостоятельные люди. Вместе с родителями в путь собрался один Альберт — считал, что старикам понадобится его помощь.

…Кто спас его — он не помнит. Родители погибли. Очнулся уже в госпитале, в Стамбуле. Потом была обратная дорога — в Софию. Но желание добраться до Палестины не только не угасло — оно разгоралось все сильнее. В сорок четвертом Альберт снова, теперь уже навсегда, покинул родительский дом, нелегально пересек болгарско-румынскую границу и добрался до Констанцы. В порту незаметно проник на судно, отправлявшееся в Эрец Исраэль. Но когда до палестинского берега оставалось всего каких-нибудь несколько сот метров, английский военный корабль перехватил румынский пароход с репатриантами и отконвоировал его на Кипр. Там, в лагере для интернированных, Альберт пробыл полтора года. В сорок шестом агенты «Хаганы» тайно переправили его вместе с другими евреями на палестинский берег. Альберт попал в Пардес-Хану.

Долгий и трудный путь в Эрец Исраэль был завершен.

На четвертый день пребывания в Пардес-Хане стало ясно: ни работы, ни жилья здесь нет. Единственная надежда: добраться до Тель-Авива и разыскать там родственника. Адрес у Альберта был, но это легко сказать — «добраться». Пешком на протезе далеко не уйдешь; попробовать поймать какой-нибудь попутный транспорт — а чем платить? Альберт все же вышел на шоссе — вдруг да повезет? Встретится добрый человек, в Тель-Авив доставит и денег не попросит. И ему действительно повезло, даже очень. Возле Альберта притормозил легковой автомобиль, приветливый пожилой господин вышел из машины, стал подробно расспрашивать парня: кто, откуда, куда путь держит? Незнакомец оказался выходцем из России.

Альберт ни разу больше не встретил этого человека, но на всю жизнь запомнил, что первым, кто протянул ему руку помощи в незнакомой стране, был российский еврей. Хозяин машины довез своего пассажира до Тель-Авива, пожелал удачи и дал на прощание десять лир. Старожилы знают, что по тем временам это были немалые деньги: например, подскажи это кто-нибудь Альберту, можно было купить пять дунамов земли. Впрочем, никогда не забудет Альберт и встречу с родственником. Тот почти ни о чем не спрашивал, зато долго говорил о том, что в Израиле надо много работать, что кусок хлеба и крыша над головой даются здесь тяжким трудом. Выложив эти прописные истины, родственник расщедрился и угостил приезжего гостя стаканом воды. Альберт все понял, встал из-за стола, попрощался и ушел.

Слушал я своего собеседника — и вспоминались мне хорошие слова польского поэта Юлиана Тувима: «Родственников нам посылает судьба — какое счастье, что друзей мы можем выбирать сами.»

И началась для Альберта новая жизнь



Воспитанный в семье, где честность и трудолюбие почитались столь же высоко, как и еврейские традиции, он не отказывался ни от какой работы. Я не буду перечислять здесь все, чем пришлось ему заниматься в течение трех с половиной десятилетий, укажу лишь на одну подробность: много лет он простоял у токарного станка, а люди, хотя бы мало-мальски знакомые с металлопроизводством, знают, что это такое — простоять у станка на протезе целую смену.

В пятьдесят первом он познакомился с Рахелью — веселой, энергичной девушкой из большой семьи турецких евреев. Жили они с молодой женой в комнатенке два на два с половиной метра. Здесь прошли их первые пять лет совместной жизни — первые пять самых трудных и самых счастливых лет. Здесь родились их дети — сын Арон и дочь Мазаль.

Еще до свадьбы к Рахели часто приходили две ее знакомые, но после женитьбы Альберт этих женщин больше не встречал. Однажды он спросил у жены, куда делись ее приятельницы. Рахель ответила: «Перед свадьбой они в один голос говорили мне: «Ты что, с ума сошла — за кого ты выходишь замуж? Он на четырнадцать лет старше тебя, да еще и на протезе. Ты, наверное, ослепла?» Я сказала им: «Нет, я не ослепла, но кроме глаз у меня есть еще и сердце. Ваши советы мне не нужны. Уходите — и больше не приходите».

Сорок три года они вместе. Подняли на ноги детей — те давно уже самостоятельные, обеспеченные люди. Но самая большая радость — внуки. Их у Альберта и Рахели семеро. Однажды, слушая с какой гордостью Альберт рассказывает о своих внуках, я передал ему слова моей покойной тещи, мудрой еврейской женщины: » Дети — это капитал, а внуки — процент с капитала». Альберт рассмеялся и произнес одну из любимых своих русских фраз:

— Совершенно точно!
… Каждый раз, встречаясь с ним, я неизменно приветствую его на иврите:
— Шалом, Альберт!
И слышу в ответ неизменно по-русски:
— Здравствуй!

(Опубликовано в газете «Новости недели» 17.10.1994)

Cсылки
Нравится 10
IsraLove.org
Нажми «Нравится» и читай лучшие публикации в своей ленте!

Автор: Борис Черняков
Специально для IsraLove
Категория: Быт
Дата публикации: 06.07.2016
Просмотров: 2177
24 удивительных факта об Израиле
10 вещей, которые нужно знать об арабо-израильском конфликте
Главный принцип жизни
Новеньких бьют
Единственное место на Земле
Голливуд на службе у Израиля