Свидетель Розенблюм
Нажми: 
Свидетель Розенблюм
— Итак, начнем…
— Что вы имеете в виду?
— Ваша фамилия?
— РОЗЕНБЛЮМ.
— Интересно…
— Что именно?
— Не отвлекайтесь. Вы уже в моем кабинете пятнадцать минут, а я от вас услышал больше вопросов, чем задал сам…
— О, вы еще с моей Софочкой не беседовали! Вот она - вам точно, товарищ следователь, не даст рта открыть!
— Итак, гражданин РОЗЕНБЛЮМ: четвертого августа вы пришли в ювелирный салон «Алмаз».
— Правильно, как только магазин открылся после обеда, я и пришел. Вообще-то, я собирался раньше, но моя Софа приготовила в тот день рыбу. Пальчики оближешь! Но, к этому блюду необходим хрен. Вы ели рыбу с хреном? Нет? Вы много потеряли…
— Я уже понял, что ваша супруга — отменная кулинарка!
— Откуда вы узнали?
— От вас! И вообще, кто здесь задает вопросы?
— Таки - спрашивайте, а я буду поддерживать беседу…
— Интересный вы собеседник, уважаемый РОЗЕНБЛЮМ!
— Так вы еще мою маму не знаете: у нее восемь братьев. Старший, Изя, таки любил выпить. Вы представляете еврея, уважающего "сорокоградусную" прямо с утра?
— Нет, не представляю.
— А я о чем? Мы уже его и лечили, и женили - бесполезно! Вероятно, любовь к алкоголю была сильнее всех остальных пагубных привычек.
— Г-н РОЗЕНБЛЮМ, или вы будете отвечать только на мои вопросы, или я возьму с вас «подписку о не выезде»!
— Тоже мне напугали! Я здесь и так, один из всей нашей мишпухи остался. И подписка не понадобилась. Все уже давно там!
— А я, как старый пень, врос корнями в эту землю, не отодрать.
— Вы опять?
— Что опять? Вы думаете мне легко смотреть, как муж моей сестры, физик по образованию, возглавляет ресторанный бизнес в Тель-Авиве! А? Что вы так на меня смотрите?
— У вас много родственников по миру, о который вы мне еще не сообщили?
— Считайте, что я еще и не начинал…
— Итак, г-н РОЗЕНБЛЮМ, вы зашли в ювелирный магазин. С какой целью? Что-то купить?
— Ой, не смешите меня, уважаемый! Разве способен простой бухгалтер приобрести что-то по современным ценам, в магазине золотых украшений… Рядом есть бутик «Чулки—носки», вот там, я еще смогу немного раскошелиться.
— Тогда зачем вы вообще пришли в ювелирный салон?
— Сдать…
— Что сдать?
— Свои золотые зубы. Я недавно поменял золотой мост на керамику: прямо таки голливудская улыбка! Вот, посмотрите: все передние и еще восьмой…
— Значит, родственники закончились, начались зубы!
— Родственники кончились? Вы что? Да у меня их столько…
— Я уже понял. Давайте о деле, а то прошло уже больше часа, а в протоколе записано только одно предложение, что вы, гражданин РОЗЕНБЛЮМ, зашли в магазин…
— А что вы, собственно, хотите от меня услышать? Я не преступник… я пострадавший: меня там чуть не убили!
— Не удивительно…
— Что вы имеете в виду?
— У вас опять ко мне вопросы?
— Так спрашивайте… а то молчу — плохо, говорю — еще хуже! Я, из-за вашей повестки, даже не успел пообедать. А мне нужно питаться по часам, у меня язва.
— Столько, сколько я о вас сегодня узнал, уважаемый свидетель, я не знал о своем самом близком друге!
— Так познакомьте меня с ним, я все про него узнаю. На чем я остановился?
— На язве…
— Точно! Я, принимая таблетку, должен сначала покушать. Моя Софа сегодня приготовила «кисло—сладкое» жаркое! Вы ели когда—то «кисло-сладкое» жаркое? Это же песня: кусочки ароматного мяса тонут в красном соусе… а я макаю в эту красоту пышную белую булку и медленно жую своими новыми зубами… Жизнь в этот момент просто замирает! У меня, товарищ следователь, уже слюнки потекли, а у вас?
— В отличие от вас, у меня скоро польются слезы…
— Вы пережили горе? Ах, как я вас понимаю: когда у меня пропала кошка…
— Все! Хватит! О кошке в следующий раз.
На следующий день в кабинете следователя.
— Ваш паспорт, пожалуйста!
— Зачем? Мы с вами уже знакомы, товарищ следователь.
— Так положено. Итак: РОЗЕНБЛЮМ Эммануил Исаакович.
— Совершенно верно. Мама меня называла Эммочка! Вы представляете? Мальчика, из приличной еврейской семьи, дома величали женским именем…
— Вы опять взялись за старое?
— За что я взялся? У вас в кабинете не на что даже посмотреть, не то чтобы взяться!
— Вопросы, здесь, г-н РОЗЕНБЛЮМ, задаю я! Вы все поняли?
— Конечно… как не понять… Вы спросили, я ответил! Вот мой дядя из Одессы — всегда отвечал на вопрос вопросом. Шо вы хотите — это же Одесса: там все так разговаривают! А вот тетя Мина…
— Г-н свидетель, ведется протокол. Мне что, послать повестку вашей тете Мине?
— Хм… попробуйте… в небесную канцелярию письма не доходят: туда всех доставляют бандеролью…
— Или вы даете показания, Эммануил Исаакович, или я передаю ваше дело другому следователю.
— Зачем? Опять знакомить нового человека со всем моим семейством?
— Итак. Вы зашли в ювелирный салон в пятнадцать часов. Отвечайте только — «да» или «нет»!
— А что, выбора нет? Я же могу сказать: «Не помню»!
— Не удивительно. Пока я составлю этот протокол, вы сможете все забыть…
— Ой, не болтайте ерундой! У меня память уникальная, г-н следователь! Я же закончил институт!
— Случайно, не Склифосовского?
— Нет. Но на нашей кафедре был профессор с такой фамилией. Он, кстати, уже давно уехал в Канаду и знаете, удачно там женился. Правда, жена у него далеко не красавица, но и он ведь не Аполлон: лысый, толстый и с кривыми ногами!
— Уважаемый г-н РОЗЕНБЛЮМ! Я очень рад за жену вашего профессора, мне б её проблемы… но мой лист протокола чист, как девичья невинность. Мы с вами не продвинулись ни на йоту…

— Ну, до чего вы красиво выразились: «девичья невинность»! Вот, у меня в пятьдесят девятом году была одна девушка…
— Все! Или вы даете свидетельские показания, или я с вами прощаюсь…
— Надолго?
— А вы как думаете?
— О! Вы таки, г-н следователь, уже начали изъясняться «по-одесски»…
— Не отвлекайтесь и отвечайте на мои вопросы.
— Так вы же ничего не спрашиваете…
— Итак: вы переступили порог этого чертового магазина. Да?
— Г-н следователь, вы меня пугаете! Застыли на этом входе, как паломник перед Гробом Господним, боясь двинуться вовнутрь…
— Что было дальше, г-н РОЗЕНБЛЮМ?
— Дальше… дальше — я подошел к скупке, чтоб сдать свой золотой лом…
— Что потом?
— А то вы не знаете! У меня сейчас поднимается давление от этих воспоминаний!
— Не отвлекайтесь…
— В тот момент, как только я достал золото, в салон влетел этот «хмырь» в маске и взял меня в заложники!
— Вам этот мужчина что-то сказал?
— А вы думаете что грабитель, схватив меня за воротник пиджака, произнес типа: «А не желаете ли вы, любезный, составить мне компанию на сегодняшний вечер?»
— Я этого не говорил…
— И правильно сделали!
— Так что, г-н РОЗЕНБЛЮМ, вы никак не среагировали?
— Кто не среагировал? А кто же, по-вашему, упал?
— Что вы сделали дальше?
— А что, по вашему, я могу сделать лежа на полу, когда на мне расположился незнакомый мужчина! Вы, г-н следователь, лежали когда-то в обнимку с мужчиной в ювелирном магазине?
— Не приходилось…
— А вы только представьте, если бы эту «картину маслом» увидела моя Софа? Грабителю еще крупно повезло! И не забывайте, что мы имеем с Софочкой двух дочерей… и если бы они увидели, что их папа вытворяет с незнакомцем? Кстати, он случайно, не еврей? А то, как-то неудобно... обнимался, а не знаю с кем…
— Не уходите от темы разговора, г-н Розенблюм.
— От вас уйдешь! А вы в курсе, товарищ следователь, что этот грабитель - порвал на мне пиджак от любимого костюма? Я этот костюм носил уже двадцать пять лет!
— Я, уважаемый, поздравляю ваш костюм с серебряным юбилеем, но не собираюсь исполнять ему «заздравную» голосом ХВОРОСТОВСКОГО.
— Кстати, вы знаете, что ХВОРОСТОВСКИЙ картавит?
— С чего вы это взяли: вы были на его концерте?
— Да нет… мне сосед Шноль напел пару куплетов…
— Нет! Мы так никогда не закончим…
— У вас проблемы, г-н следователь?
— С чем проблемы?
— Ну, я же не идиот…
— Я начинаю сомневаться… Итак, вы были свидетелем при ограблении ювелирного магазина…
— Кто свидетель? Я — пострадавший…
— Вы в курсе, что сотрудники ювелирного магазина в один голос сообщили, что вы лично обезоружили преступника… Объясните мне, как вам это удалось?
— Как? Как? Обычно… А что вы хотели, чтобы у бедного еврея отняли его последний золотой запас… а он, в смысле я, сказал за это «спасибо»? Не забывайте, а еще лучше запишите… ну, и почерк у вас,… что мои зубы — были сделаны из червонцев, подаренных моей бабушкой! И что я скажу своей любимой бабуле, когда отправлюсь туда, наверх, на постоянное место жительства? А она спросит: я ее знаю! И что мне говорить, что я, ее Эммочка, «проморгал» весь золотой запас семейства Розенблюм… А? Вас это не волнует?
— Если честно, то не очень. И вообще, вы уже продвинетесь дальше в своих показаниях, или этот протокол станет началом вашей «семейной саги»?
— Вей з мир! Какие слова вы знаете, товарищ следователь! Нет, я без иронии… Я еще хорошо помню семидесятые, когда за горы макулатуры можно было приобрести книгу. И мне таки повезло. Мой племянник, чтоб он был здоров, я вам о нем позже расскажу… в то время - «окучивал» продавщицу букинистического магазина…
— И что?
— Как что? Я, на сданную макулатуру, купил книгу - «Сага о Форсайтах»! Ах, какой роман… Вы не читали?
— Г-н РОЗЕНБЛЮМ: у вас две дочери…
— Да. А к чему вы ведете?
— Стало быть — два зятя…
— А вы что думаете, что мои девочки не способны выйти замуж?
— Да нет. Просто мысли вслух… Вам очень повезло, г-н РОЗЕНБЛЮМ, что вы живете отдельно от детей!
— Таки вы читаете мои мысли, уважаемый! Когда старшенькая привела знакомить жениха с родителями, мне он сразу не понравился. Он весь вечер молчал! Вы представляете?
— С трудом. Но если подумать, то зачем вашему семейству - еще один язык… главное, чтобы были свободные уши… Итак, свидетель, «вернемся к нашим баранам»…
— В каком смысле?
— Г-н РОЗЕНБЛЮМ, вернитесь мысленно в мой кабинет, а язык оставьте там, где вы только что были…
— И что вы желаете услышать?
— Как вам удалось обезоружить матерого преступника?
— Совершенно случайно. Вы же знаете: все гениальное просто! Я смотрю: мой пиджак — в клочья, очки — вдребезги, браслет от часов сломан… Но и на это можно было не заострять внимания, но когда этот шлемазл схватил мое золото, во мне проснулся Майк ТАЙСОН!
— Никогда бы не подумал…и что же вы сделали, примерив на себе этот «легендарный образ»?
— Что, что? Я его укусил! Не зря же я поставил новые зубы! Вы даже не представляете, какая же это головная боль - визит к протезисту! Подпиливание, слепки, примерки, а цены! Я еще так долго искал клинику…
— Слава Богу! Подпишитесь здесь и здесь, уважаемый РОЗЕНБЛЮМ…
— Что? Уже все?
— А вы что, расстроены?
— А если я, г-н следователь, загляну к вам просто так, побеседовать?
— Вы, все-таки странный человек, г-н РОЗЕНБЛЮМ: в мой кабинет — еще не было желающих зайти поболтать… добровольно…
— И скажу вам по секрету, раз мы с вами столько времени провели вместе, что этот грабитель в маске, подписал все документы. Не глядя…
— Почему?
— Ему сообщили, что будут проводить следственный эксперимент, г-н РОЗЕНБЛЮМ, непосредственно, с вашим участием…
Автор: Лариса Финкель

Автор: Лариса Финкель
Категория: Юмор
Дата публикации: 04.11.2017